Авторский договор: борьба с паранойей

Как мне нравятся тексты иных договоров! «Стороны любезно договорились о сотрудничестве, ведущем к взаимной выгоде и удовольствию…». Жаль, что они зарубежные. Наши начинаются так: «Гражданин РФ, именуемый в дальнейшем Лицензиар, и Издательство Тыр-тыр-тыр, именуемый в дальнейшем Лицензиат, подписали настоящий договор о нижеследующем». В западном договоре четко прописывается суть, оговариваются нюансы, ищется компромисс — это разумная речь двух партнеров. В наших: «... поскольку вышеизложенное в свете вышеуказанного влечет нижеследующее по отношению к поименованному...», много непонятных пунктов и кто-то явно хочет все одеяло себе.

Из лицензионных договоров некоторых издательств можно сделать книжку-страшилку. Говоря откровенно, они удивительно бесцеремонны, если не сказать — оскорбительны. В защиту коллег, спешу сообщить, что вина в этом не их. Это — вина советских традиций, образования юристов, изощряющихся законотворцев и всей той огромной системы, в которой мы с вами имеем удовольствие жить. Вот вы сами, прочтя начало: «Стороны любезно договорились» — поверите в «серьезность» документа?

Впрочем, и авторы хороши: считают ниже достоинства почитать на досуге гражданский кодекс, пугаются авансом, зато горазды выдумывать небылицы и запугивать ими других. А потом звонят мамы подписавших «кабальный договор» и плачут, что их автор пытался повеситься... Поэтому давайте взглянем на издательский договор глазами трезвомыслящего человека, чтобы раз и навсегда разобраться с собственными страхами.

Исключительная лицензия

Судя по блогам, больше всего начинающего автора пугает слово «исключительная». Видится ему в этом слове что-то злодейское: будто отдает он свой интеллектуальный труд  на веки вечные, чтобы поставили там имя другого автора… Чушь, чушь редкая и безграмотная!

Есть два вида лицензий: «исключительная» и «неисключительная». Неисключительная лицензия - это когда вы, наравне с издателем, можете в полном объеме и по своему усмотрению распоряжаться своим произведением. Исключительная лицензия подразумевает, что переданные по договору права принадлежат только издательству.

Первое: это временно. Скорее всего, вы не передаете права НАВСЕГДА - вы передаете их на некоторый срок (обычно: три-пять лет).

Второе: это касается ТОЛЬКО переданных вами прав (обычно идут ниже списком). То есть, если вы мечтаете когда-нибудь сделать из своей рукописи сценарий к фильму, то переданное исключительное право на издание литературного произведения в книжном виде никоим образом не помешает осуществить вашу мечту. Если западные издатели валят к вам толпой, предлагая издаться, переданные вами права на издание на русском языке для распространения на территории РФ никак не ограничивают ваши связи с заграничным миром.

Третье: вы всегда останетесь автором этого произведения и обладателем всех неимущественных прав, вытекающих из этого факта. Никаким «специальным злодейским» словом эти права у вас не отнять. В русском языке  просто нет такого слова.

Почему издатели предпочитают исключительную лицензию? Разумеется, потому, что вложить силы и деньги в книгу, которую будет продавать кто-то еще, на нашем не слишком объемном книжном рынке чаще всего бессмысленно. Еще - потому, что являясь обладателем исключительного права, издатель сразу охватывает прямыми продажами библиотеки.

Есть ли способ «подстраховаться» на случай встречи с недобросовестным издателем, который просто лишит на долгий срок права продавать свои произведения? Полно. О самых простых я расскажу чуть ниже.

Объем передаваемых прав

1. «Они будут печатать мою книгу гигантскими тиражами…»
Если в договоре написано, что издатель имеет право «издавать Произведение тиражом до 800.000 экземпляров» — к сожалению, это не значит, что издатель воспользуется этим правом. Дело в том, что закон обязывает прописывать в договоре цифру общего тиража, оговаривая при этом, что цифра не может быть больше восьмисот тысяч. И так как никто заранее не знает, сможет ли продать пятьсот экземпляров, полторы тысячи или так пойдет, что и десятку за пять лет выпустим, все просто пишут законный максимум.

2. «Они будут наживаться, делая из книги кино, спектакли и кружки…»
Если в договоре написано, что издатель имеет право «превращать произведение в аудиопродукт, создавать сценарий, использовать произведение совместно с произведениями третьих лиц» и т.д., и т.п. — смотрите на вещи трезво. Чаще всего нанятый юрист прописывает в шаблоне все возможные виды использования: никто (в крупном издательстве) в момент написания документа не думал конкретно про вас.

Воспользуйтесь логикой: если ваши иллюстрации невозможно превратить в аудиопродукт, если в учебник по математике довольно сложно впихнуть чье-то произведение, а из вашей книжки-раскраски невозможно сделать сценарий — может быть, проще плюнуть. Если что-то для вас действительно дорого и важно, не стесняйтесь проговорить это с редактором или издателем. Если девочка-редактор, а тем более — издатель, боится юридических бумаг больше вашего, все козыри вообще в вашей колоде. )))

3. «Они будут продавать мою книгу по всему миру…»

Если в договоре написано, что издатель имеет право «переводить произведение на все языки мира и распространять на любых территориях» — не спешите радоваться за жителей других государств. Девяносто девять процентов шанс — этого не случится. А раз не случится — стоит ли волноваться? Если вы имеете личные ресурсы для реализации такого плана—- просите издателя ограничить территорию странами - участниками Таможенного Союза (Россия, Белоруссия, Казахстан).

Чего требовать не стоит

Разумеется, невозможного... Меня лично умиляют входящие рукописи начинающих авторов с требованиями к договору в виде: «передача неисключительных прав на год». Обычно редакционный план создается на приличное время вперед — это раз. И это время может оказаться значительно больше года. Вкладывать деньги в проект, который ты успеешь издать лишь разочек (средняя продолжительность продажи среднего по успеху тиража — год-полтора) — бессмысленная трата, потому что большинство книг хотя бы окупается только со второго захода.

Не стоит требовать ограничить территорию продаж только РФ. Есть несколько стран, в которых русскоязычное население составляет приличную часть. К примеру, это Белоруссия, Латвия, Литва, Эстония,  Украина, Казахстан. Проконтролировать поток распространения книг от издателя — оптовикам, от оптовиков — более мелким оптовикам, от более мелких оптовиков — индивидуальным предпринимателям соседних государств ни  один, даже самый великий человек, не в состоянии.

Простые пункты

Порядочного издателя выдают глаза… ))) Нет, не так: порядочного человека всегда выдает его уважительное отношение к другим и к работе других людей. Так, по моему опыту и разумению, порядочные люди договариваются:

1. О размере первого тиража, оговорив минимальный. И, понятное дело, он не может быть 100 экземпляров. Если в качестве минимального тиража вам пишут «сто штук», стоит подумать, настолько ли надо вам это сотрудничество.

2. О сроках первого тиража. Это может быть: «не позднее чем 1 марта сего года» или «не позднее 6 (12) месяцев со дня подписания акта сдачи-приемки». Если в качестве срока издания вам пишут: «не позднее, чем за три месяца до окончания срока действия договора» — см. пункт первый.

Если вы не знаете, как взаимосвязаны эти пункты с вами и вашей работой, поясню: вы передаете свои права, скорее всего, под «роялти». Или пусть даже за фиксированный гонорар. В любом случае, вы ожидаете, что в скором времени обрадуете родственников вышедшей книгой. А теперь представьте себе, что этих пунктов нет, и томительное многолетнее ожидание… смену руководства… увольнение вашего редактора… Вы не можете повторно продать вашу рукопись (иллюстрации) — вы связаны контрактом. Вы теряете возможность заработать. Вы, в конце концов, теряете возможность порадовать близких! Да и гонорар в случае 100-экземплярного тиража вас, несомненно, разочарует.

3. Есть такие простые и понятные пункты, которые не оставляют обиженной ни одну из сторон. Компромиссные, я бы сказала, пункты. «В случае если в течение 18 месяцев со дня выхода первого тиража лицензиат не планирует выпуска дополнительного тиража, лицензиар имеет право расторгнуть настоящий договор, письменно уведомив лицензиата».

Что это вам дает? Вы «выигрываете» в случае первого провала несколько лет, расторгая договор досрочно. Почему это «компромиссное» решение? Потому что издатель также не заинтересован быть собакой на сене и держать на балансе права, которые ничего ему не принесут. Почему именно восемнадцать? Как я уже говорила: полтора года — достаточный срок, чтобы продать тираж, который «пошел». Впрочем, если через восемнадцать месяцев ваш издатель  говорит, что издаст тираж через полгода, вероятно, не стоит злоупотреблять своим правом. Уважение — это взаимный процесс.

4. Если речь идет о роялти с продаж: оговорите минимальную отпускную цену. «Минимальная отпускная цена» — это далеко не минимальная цена в магазине (для тех, кто не в курсе). Минимальная отпускная — это «прайсовая цена издательства за вычетом скидок, которые оно предоставляет оптовым покупателям». Знать и рассчитывать, какую сумму вам заплатят за ваш труд, — это нормально.

5. Попросите включить пункт о предоставлении отчета о продажах. Компромиссное решение — раз в год. Хорошо бы «по письменному запросу автора», чтобы включить «напоминалку»: поверьте, дел в бухгалтерии издательства и так много. А знать реальные продажи своих книг – тоже полезно.

Про налоги

Если вы автор, не забудьте направить в бухгалтерию издательства просьбу: «В соответствие со статьей 221 главы 23 Налогового Кодекса Российской Федерации прошу при расчете налоговой базы по налогу на доходы физических лиц учитывать профессиональный налоговый вычет  в размере 20% от суммы дохода.» Если вы художник, ваш вычет — 30%.

Воспользоваться правом на вычет, которое предоставляет государство творческим людям, — тоже в порядке вещей. Это увеличит сумму вашего гонорара на 2,6% в первом случае и почти на четыре процента – во втором.

Ну а вообще - мой главный совет: прежде, чем вешаться, прочитайте IV часть ГК РФ. Очень утешающее чтение! У вас хватает интеллекта, чтобы писать книги (рисовать иллюстрации), значит, вам его также хватит, чтобы объять этот документ. Ну и заодно уж - частями - Налоговый Кодекс. Это такие же «настольные книги» автора, как и бессмертное творение Розенталя. 

← Как убить свою книгу за тридцать секунд 

Союз писателей и психоанализ →

Уведомить о выходе книги